Иляй растерянно улыбнулся. Лицо его стало жалким, сконфуженным.
У ног Иляя улегся старый пес с мохнатой головой и клочковатой шерстью.
— Ну что, Утильгин? Наверное, жалко тебе меня? — обратился Иляй к своему верному другу. Утильгин повилял хвостом и, встав, положил свои крупные лапы с притупленными когтями на колени хозяина. В умных, угрюмых и в то же время ласковых глазах его было что-то, напоминавшее человеческое.
— Один только ты на меня не обижаешься, — вздохнул Иляй, поглаживая большую голову Утильгина. — Однако большие, очень большие мы друзья с тобой.
Иляй никогда не имел порядочной упряжки, хотя, по общему мнению в поселке, прекрасно понимал собак. Самые лучшие охотники просили его посмотреть вновь приобретенную собаку, сказать о ней свое мнение. Если же Иляю самому удавалось приобрести собаку, то вскоре он непременно начинал приставать к охотникам, предлагая поменяться собаками. Однако не было случая, чтобы Иляй пытался променять своего Утильгина. Редко запрягал он его в нарту. Только тогда, когда требовался особенно опытный передовик, Иляй прибегал к помощи своего друга и не раз из самых далеких стойбищ, сквозь кромешную тьму, сквозь пургу безошибочно приезжал в поселок, полностью полагаясь на Утильгина.
— Пойди позови Тэюнэ домой! — попросил Иляй Утильгина и слегка подтолкнул его.
Пес выбежал из яранги. Тэюнэ сидела на камне. Утильгин подошел к ней, мягко взял зубами за рукав.
Тэюнэ вздрогнула. Заметив Утильгина, она улыбнулась, обняла его голову.
— И за что ты только так любишь этого Иляя? — сказала она, смахивая со щеки слезу. Но тут до ее слуха долетел чей-то радостный голос.
— Люди! Бегите в правление! Эттын с охоты прибыл. Эттын голубого песца принес!