— Пытто правду сказал!
— Надо выполнить! — послышались с разных мест голоса.
— Хорошо. Меня очень радуют ваши слова. — Сергей Яковлевич прошелся перед первыми рядами. И властно добавил: — А сейчас пусть встанет тот, кто не согласен поставить еще дополнительно по двадцать, по тридцать капканов, кто не согласен каждый день проверять капканы! — Ковалев выжидательно застыл на месте, пристально оглядывая молчащих охотников. — Есть ли здесь такой человек, который хочет встать и сказать: «Я не могу, я не хочу. Я не такой, как те, которые с врагом у Сталинграда бьются?»
Опять минуту, другую тянулось молчание.
— Я так и знал, что здесь не найдутся такие люди, — облегченно вздохнул Сергей Яковлевич.
Но на этом секретарь не кончил.
— А вот скажите, каким именем следует назвать человека, который сейчас молчит, а потом скажет: «Не могу, не хочу!»
— Лгущим человеком! — громко сказал Рультын и, выхватив из-за уха карандаш, громко пристукнул его донышком по столу.
— Правильно, лгущим человеком, — подхватили охотники.
— Предателем, — с мрачным видом вполголоса промолвил Айгинто.