— Ну что ж, Омкар, я вижу, тебе очень хочется поговорить со мной громким голосом. Давай говори. Громким голосом говори.
Омкар смущенно кашлянул, переступил с ноги на ногу и, вдруг улыбнувшись, сказал:
— Здравствуй, Сергей Яковлевич!
Ковалев вышел из-за стола, Омкар пожал протянутую ему руку и спросил, хитро прищурившись:
— Может, сердце мое зря так часто бьется? Может, это лживая весть до ушей моих дошла, что Гэмаля от нас забрать хотят?
— Нет, люди говорят правду, — чуть помедлив, спокойно ответил секретарь.
Омкар привстал. Казалось, он не хотел верить своим ушам.
— Это почему так, а? Наш колхоз самый большой, наш колхоз уже пять лет самый лучший в районе, наш колхоз миллионер! Людей много, хозяйство большое! Нам хороший парторг нужен, нам такой, как Гэмаль, парторг нужен! Ни за что не отдадим Гэмаля!
Омкар хотел что-то добавить, но в это время дверь в кабинет отворилась и на пороге показался Гэмаль.
В полувоенном костюме из черного сукна, туго подпоясанный широким офицерским ремнем, он выглядел подтянутым, сдержанным. Спокойствием, уверенностью веяло от его плотно сбитой фигуры.