Ковалев перевел свой взгляд на Гэмаля.
— Ну, а что ты скажешь?
— Вижу, надо ехать, Сергей Яковлевич. — Повернувшись к Омкару, Гэмаль мягко добавил: — Не обижайся на меня. В Янрае я родился… Там трудно… надо помочь.
Поспешно набив трубку, Омкар отвернулся к окну. Лицо его было сердитым, угрюмым. Но вот он метнул сердитый взгляд в сторону Гэмаля.
— Ты хотя бы два слова сказал, что думал. Сердцу моему легче бы стало.
Парторг усмехнулся.
— Сердце твое пустыми словами не успокоишь.
Омкар махнул рукой и стал еще мрачнее.
— Значит, едешь? — сказал секретарь и встал.
— Еду, — тихо, но твердо ответил Гэмаль. — Только как же я буду парторгом в колхозе, где даже маленькой партгруппы нет?