Когда Нояно ушла, Солнцева дернула за рукав Журбу и спросила, лукаво щурясь:
— Милая девушка?.. Правда?
— Хорошая! Очень хорошая! — простодушно ответил Владимир.
— Не кажется тебе, что ты ее полюбишь?
— Что? — переспросил Владимир. — Полюблю?.. — Немного помолчав, он добавил с прежним простодушием: — Что ж, она стоит серьезного чувства. А вообще-то я всех хороших людей люблю…
— Не лукавишь ли ты, не уклоняешься ли от ответа? — глядя пытливо в лицо Владимира, спросила Оля. — Ведь ты же знаешь, о какой любви я говорю. Мне очень хочется понять твое отношение к Нояно.
Владимир солидно откашлялся:
— Что это… сцена ревности?
Глянув уголком синего глаза на Олю, он рассмеялся…
Петр Иванович умывался. Нояно стояла около него с полотенцем в руках. Старик фыркал от удовольствия, искоса поглядывая на девушку. Теплое ухаживание дочери трогало его.