Бригадир дернул брата за рукав и спокойно спросил у пастухов:
— Вы слыхали, что Ятто говорит? Он хочет гнать стадо через долину Тиркынэй. Но разве олени едят камень? А что, кроме камня, есть в долине Тиркынэй?
Пастухи зашумели.
— Не дело говоришь, Ятто, — сказал старый пастух Выльпа. — Через долину Тиркынэй нельзя гнать оленей: пока пройдем, олени совсем худыми станут, падать начнут.
— Что ж, по-твоему, мимо Каменного дьявола итти? — возразил бывший бригадир Кумчу.
Поднялся спор.
— Стыдно каменного столба бояться! — запальчиво выкрикнул кто-то из молодых пастухов.
— А ну послушаем, что говорят молодые! — повысил голос Выльпа.
— Пусть себе говорят, что им вздумается, — не уступал Ятто. — Когда надо было, я слушал их, они часто дельное говорят, но сегодня ни молодым, ни старым говорить нечего. Вот кто за нас говорит. — Ятто поднял над головой оленью лопатку.
Уже не заботясь о том, понравятся его слова или не понравятся, Майна-Воопка сказал: