Нояно не договорила. Большие глаза ее смотрели доверчиво, прямодушно. При лунном свете они казались еще чернее, глубже.
— Ну, ладно, это я так сказал, — смущенно откашлялся Мэвэт. — Что любишь ты оленей — я хорошо вижу… Не ходи одна. Поближе будь к пастухам: бешеный волк и на человека нападает.
Мэвэт и Нояно разошлись в разные стороны. Легкий ветер взвихрил снег, потянулись бесконечные ленты поземки.
И вдруг где-то совсем близко завыла волчья стая. Олени тревожно захоркали, сбиваясь в кучу, закружились на одном месте. Пастухи сняли с плеч карабины.
— Гок, гок, гок! — кричали они на разные голоса, успокаивая стадо.
Несколько быков с огромными рогами вышли из гущи стада и замерли, как вкопанные, низко наклонив головы. К ним пристроились другие. Вскоре образовалось что-то вроде каре: быки, загородив собою важенок и телят, стояли плотной стеной, готовые в любое мгновение поддеть хищника на рога.
Нояно знала, что олени иногда прибегают к такой самозащите, но увидеть это собственными глазами ей довелось сейчас впервые. Восхищенная, она всматривалась в невиданную картину.
Волчье завывание повторилось уже где-то гораздо ближе. Быки еще ниже наклонили головы. Напряженные, они ждали врага. Дыхание у них было горячим, яростным.
И вдруг один из быков вырвался вперед. Не успела девушка понять, что произошло, как бык взмахнул рогами и отбросил в сторону что-то серое и верткое, как юла.
«Волк!» — пронеслось в голове девушки. Вскинув карабин, она замерла. Волк покрутился на одном месте, затем устремился прямо на девушку. Лобастая голова его и горячие угли глаз казались Нояно уже совсем рядом, почти у самого лица. Хорканье оленей, крики людей сразу почему-то стали для нее далекими, словно ушедшими под землю.