— Я вам объясню.
— Откуда у тебя такие познания?
— В Ганноверском лагере, где я находился во время войны, с нами были русские. Один из них тайком от стражи вел с нами беседы. Стахановский труд — это прежде всего труд рабочего, который стал хозяином на производстве.
— О! — удовлетворенно протянул Малер. — Мне это нравится.
— И мне тоже, — сказал Раймунд. — Такой труд способен творить чудеса.
— Верно!
— Вот видишь, — улыбнулся Раймунд, — как быстро мы находим общий язык, хотя и принадлежим к разным партиям.
— Моя партия, — нахмурился Малер, — партия мозолистых рук. А те двадцать пять лет, что я провел в социал-демократии…
— Вовсе не лишают тебя звания рабочего, — перебил Раймунд. — Это ваши чинуши наверху не хотят единения. А мы, рабочие, сможем договориться. Но вернемся к стахановской работе. Она возможна на предприятии, где рабочие являются его хозяевами, то есть на социалистическом предприятии…
— Значит, — снова нахмурился Малер, — работать по-стахановски в мастерской…