Баба-яга. Давно жду. Я очень ловко приспособилась ловить вас, людишек. Я, Баба-яга, умница, ласточка, касаточка, старушка-вострушка!
Василиса. А ты себя, видно, любишь?
Баба-яга. Мало сказать люблю, я в себе, голубке, души не чаю. Тем и сильна. Вы, людишки, любите друг дружку, а я, ненаглядная, только себя самоё. У вас тысячи забот – о друзьях да близких, а я только о себе, лапушке, и беспокоюсь. Вот и беру верх. (Смотрится в зеркало.) Золото моё! Чего тебе, старушке-попрыгушке, хочется? Чайку или водицы? Пожалуй, что водицы. Из колодца или из болотца? Пожалуй, из болотца, она тиной пахнет. Василиса, беги на болотце, принеси воды ведёрко.
Василиса. Я тебе не слуга.
Баба-яга. Послужишь мне, послужишь! Я очень хорошо умею ловить вас, людишек. Поймаешь одного человечка на крючок – сейчас же и другие следом потянутся. На выручку. Брат за братом, мать за сыном, друг за другом. Ты, говорят, на все руки мастерица?
Василиса. Пока трёх сыновей вырастила – всему научилась.
Баба-яга. Такую работницу мне и надо. Хочешь ребят своих спасти и домой увести – поступай ко мне на службу. Служи мне, пока я не похвалю. А похвалю – забирай ты своих детёнышей да и ступай на все четыре стороны.
Медведь. Не нанимайся! От неё доброго слова не дождёшься. Она только себя и хвалит.
Баба-яга. Молчи, ты не понимаешь меня!
Медведь. Очень хорошо понимаю.