— Он твой, — сказал Малыш.
— А он зажигается? — с сомнением спросил Карлсон, нажимая кнопку. — Ура! Горит! — вскричал он, и глаза его тоже загорелись. — Подумай только, когда тёмными осенними вечерами мне придётся идти к своему маленькому домику, я зажгу этот фонарик. Теперь я узко не буду блуждать в потёмках среди труб, — сказал Карлсон и погладил фонарик.
Эти слова доставили Малышу большую радость, и он мечтал только об одном — хоть раз погулять с Карлсоном по крышам и поглядеть, как этот фонарик будет освещать им путь в темноте.
— Ну, Малыш, вот я и снова весел! Зови своих маму и папу, и мы познакомимся.
— Они ушли в кино, — сказал Малыш.
— Пошли в кино, вместо того чтобы встретиться со мной? — изумился Карлсон.
— Да, все ушли. Дома только Бетан и её новое увлечение. Они сидят в столовой, но мне туда нельзя заходить.
— Что я слышу! — воскликнул Карлсон. — Ты не можешь пойти куда хочешь? Ну, этого мы не потерпим. Вперёд!..
— Но ведь я поклялся… — начал было Малыш.
— А я поклялся, — перебил его Карлсон, — что если замечу какую-нибудь несправедливость, то в тот же миг, как ястреб, кинусь на неё… Он подошёл и похлопал Малыша по плечу: — Что же ты обещал?