Мама Эмиля строго посмотрела на нее, но, так ничего и не сказав, еще раз сердито обнесла всех по кругу колбасой, начиненной кашей.
Эмиль положил себе на тарелку еще кусочек и, медленно посыпая брусникой колбасу, начал размышлять над тем, что сказала мама. А вдруг он в самом деле станет председателем муниципалитета, когда вырастет? Может, это не так уж и глупо? Ведь кому-нибудь же надо быть председателем!
Затем он стал думать о словах Лины. Если он станет председателем, который озорничает… какие бы тогда придумать проделки?
Налив в стакан молока, он продолжал размышлять… Проделки председателя муниципалитета должны быть почище обычных мальчишеских. Их вот так мигом, с ходу, не придумать. Он поднес стакан к губам, чтобы сделать глоток. И в эту самую минуту ему пришла в голову еще одна, понастоящему забавная мысль… И тогда он фыркнул, а молоко разбрызгалось, и, как обычно, досталось папиному жилету. Однако папа Эмиля не очень рассердился: нельзя ведь ругать того, кого так расхвалил доктор и кто совершил удивительный подвиг. Папа Эмиля ограничился лишь тем, что стряхнул с жилета молоко и чуть сурово сказал:
– Да, сразу видно, кто вернулся домой!
– Не надо так говорить, – попросила мама.
Папа замолчал и погрузился в размышления о своем сыне и его будущем.
– Сомневаюсь, чтоб Эмиль стал председателем муниципалитета, – сказал он под конец. – Но все же из него может получиться дельный парень. Если, конечно, ему суждено остаться живым и здоровым.
Мама удовлетворенно кивнула головой:
– Да, да! Из него-то непременно получится!