Пройдя около трех миль он, наконец, нашел искомое - огромный кусок скалы, наполовину ушедший в землю и поросший зеленым мхом. Черт без труда выдернул его из почвы и, взвалив на спину, стал подниматься по тропинке на вершину горы, посмеиваясь и причмокивая от удовольствия, так как заранее тешил себя зрелищем горести и гнева фогта, когда тот назавтра придет полюбоваться новым мостом.
Но, поднявшись на гору и взглянув оттуда вниз, черт увидел на мосту целую толпу народа. С крестами и хоругвями люди призывали благословение Господне на сатанинское сооружение и посвящали Богу работу дьявола.
И тогда черт понял, что дело его проиграно. Грустно вздыхая и сетуя на свою горькую долю, побрел он вниз и, встретив на пути бедную, ни в чем не повинную корову, схватил ее за хвост и бросил в пропасть, чтобы сорвать сердце.
Что же касается старого хитрого фогта, то он с тех пор ничего не слышал о черте-инженере. Но, роясь однажды в своем кошельке, он сильно обжег себе пальцы: там лежал рдеющий уголь вместо положенного когда-то золотого слитка сатаны.
Шли годы. Каждой весной возмущенная река пыталась разбить и снести нависшее над ней каменное сооружение. На помощь она призывала и дождь, и ветер, и молнии, и гром, но мост, сработанный дьяволом, стойко выдерживал натиск стихий.
Недавно я побывала в кантоне Ури, в том самом месте, где возле водопада стоит изящный мост, сложенный из серых камней. Над мостом громоздятся огромные скалы, поросшие хмурыми елями, под ним - провал, по дну пропасти мчится бурный поток. Узкая старинная дорога, пролегающая вдоль извилистого Рейса, теряется среди уступов. Недалеко от моста, на высоте восьмидесяти метров над речным руслом, в гранитной и почти отвесно стоящей скале сделано углубление, - там на гигантском пьедестале высится крест с надписью: 'Доблестным сподвижникам Генералиссимуса Фельдмаршала Графа Суворова-Рымникского Князя Италийского, погибшим при переходе через Альпы в 1799 году'. Здесь Суворов со своей двадцатидвухтысячной армией совершил знаменитый переход через Сен-Готард.
Недалеко от памятника стоит небольшой дом с портретом Суворова над дверью и надписью, которая гласит: 'Чертов мост. Исторический ресторан'.
Было холодное промозглое утро, когда я зашла туда выпить чашку кофе. За деревянными столами сидели люди в походных куртках и горных ботинках с шипами на толстых подошвах. Заспанный хозяин разносил горячий хлеб и молоко. Путешественники обсуждали свой маршрут. Кто-то из них направлялся в Тичино, где всегда светит солнце и среди нежно-зеленых пиний прячутся каменные дома с причудливой росписью на стенах. Кто-то был поклонником Кирхнера и желал остановиться в дождливом Граубюндене, чтобы любоваться ледниками, мрачными еловыми лесами и старинными, почерневшими от времени и непогоды избами пастухов.
За окном вдруг резко потемнело. Первые капли дождя ударили в запотевшие стекла. Открылась дверь, и в зал вошел молодой человек - высокого роста, кареглазый, горбоносый, с бритой головой и эспаньолкой. В ушах этого щеголя поблескивали драгоценные серьги, одет он был в черную кожаную одежду. Окинув всех пристальным взглядом, он вежливо поклонился и сел за пустующий столик. Хозяин приветствовал его как старого знакомого.
Незнакомец пил кофе и думал о чем-то своем, поглядывая в окошко и грустно вздыхая.