— Да и впрямь нагородили… — соглашается Байбаков, почесывая затылок.
— Что же вы, товарищи стахановцы, погнавшись за
тремя нормами забыли, о качестве? — Укоряет Шахматов.
Шеболдаев прочтя аншлаг возмущается.
— Товарищ Коробов! Бодрющенко и Байбаков — бракоделы! Они испортили драгоценные магнезитовые плитки.
— Не может быть!?
— Только что комиссия экспертов в моем присутствии установила это, — показывает Шеболдаев в сторону трех инженеров.
— Ах, вот что! Комиссия! Вы знаете, что срываете с таким трудом организованное стахановское движение…
— Мы только что были на домне номер три и смотрели их работу в присутствии начальника строительства и иностранных консультантов. Совершенно недопустимая футеровка грозит аварией всей печи и принята быть не может ни в коем случае, — хладнокровно и обстоятельно объясняет Шахматов.
— Ах, так! Мы будем говорить в партийном комитете! — вскрикивает Коробов, обращаясь к Шеболдаеву, одновременно бросая уничтожающий взгляд на Шахматова.