— Ирина, — смущенно представляется вторая, высокая и стройная шатенка, опуская глаза под пристальным взглядом Чернова.
— Очень приятно познакомиться с русскими представительницами прекрасного пола, — вежливо раскланивается Мак Рэд. — Женщины в вашей стране меня восхищают более всего!
— Еще бы!… — соглашается комиссар.
— О, эти русские женщины! Я читал о них!
— Говоря о наших женщинах, вы должны различать два понятия: русские и советские женщины.
— Я, право, еще слишком мало знаком с вашей страной — заколебался Де-Форрест. Но, как бы поняв мысль Чернова, поднял глаза на обоих девушек; долгим, пристальным взглядом осмотрел Ирину и скользнул быстро по Молотовой. Он, действительно, смутно понял различие между двумя понятиями, о которых говорил Чернов, и, хоть и не разобравшись еще в тонкостях, скорее инстинктивно, чем рассудочно, быстро произносит:
— Я думаю, что имею в виду русских женщин… Это национальный тип…
Чернов и Молотова обмениваются быстрым, многозначительным взглядом. Комиссар, взглянув на свои ручные часы, переделанные из больших карманных и напоминающие будильник, заторопился.
— Однако, у меня скоро совещание! Вот что, девушки! Иностранные специалисты уже порядком устали от деловых бесед. Им не повредит немножко развлечься. Вы им покажете нашу прекрасную Москву. Повезите в Третьяковскую галлерею, музей изящных искусств, а на вечер я заказал места в Большом театре.
— Вы очень предупредительны! Благодарим вас. Мы хотим побыстрее познакомиться с советской действительностью, о которой слышали столько чудесного за океаном, — говорит Мак Рэд.