— Поразительно! Мы не ожидали здесь увидеть строительство такого масштаба, — замечает Мак Рэд.
— Не верили в наши силы? Ленин завещал нам индустриализировать Россию. И мы, — старые большевики-ленинцы, честно выполняем его завещание, — горделиво произносит полный пятидесятипятилетний мужчина. Петлица его пальто украшена красным эмалевым флажком члена правительства.
Они сходят вниз и оживленный Шеболдаев ведет иностранцев по территории завода.
— Большой завод, — соглашается Мак Рэд.
— Э, батенька… Русский богатырский размах! Одна строительная площадка тридцать квадратных километров… Не то, что вникнуть в дело, а обойти невозможно. Здесь в стужу, лютые сорокаградусные морозы, когда руки прилипают к металлу, советские, рабочие, отказывая себе во многом, строят детище пятилетки, — объясняет Шеболдаев.
Десятки бездействующих экскаваторов напоминают стадо железных слонов, запутавшихся в непроходимых джунглях строительных материалов.
Горы цемента, леса и рельс свалены в хаотическом беспорядке, Рядом с подъезными путями, в грязи, под открытым небом ржавеют сложные машины и оборудование.
Мак Рэд и Де-Форрест останавливаются перед копировальным американским станком, застрявшем до половины в тинистом неустойчивом грунте.
— Это расточительство!… — возмущается Де-Форрест — вы заплатили долларами за станки и теперь выбрасываете их на свалку…