— Нет, нет! Это не Америка. Там подобные работы выполняются машинами, — разъясняет Де-Форрест технику, показывая справочник с рисунками тягачей и платформ для перевозки сверхтяжестей.
Русский техник с удивлением рассматривает иллюстрации справочника.
«Эй дубинушка ухнем!» — монотонно поют заключенные. Среди них мелькают лица потомков Чингизхана. Два охотника шорца в шеренге каторжников с ужасом глядят на высеченный на скале гигантский барельеф коммунистического вождя. Закрыв руками лицо, они как бы защищаются от символического врага.
— Де-Форрест удивленно рассматривает это произведение искусства, вызвавшее страх у полудиких шорцев.
— Этот баральеф напоминает сфинкса!… Пирамиды, сфинкс, рабы и египетские методы труда… Мне кажется, что я перенесся из двадцатого века во времена Хеопса! — задумчиво произносит Де-Форрест.
17. Любовь и политика
— Вот это женщина! Настоящий боевой товарищ. Такой я себе представлял идеальную даму будущего коммунистического общества, — восхищенно произносит Мак Рэд, рассматривая фотографию Зеркаловой.
— Ты бы женился на ней? — спрашивает Де-Форрест.
— О! Как ты считаешь, Джордж, согласилась бы она?
— Ты серьезно мечтаешь о женитьбе?