Рассмотрев остатки капсюля, приваренного взрывом к стальному цилиндрику, бывшему частью механизма, я убедился, что был применен старинный капсюль от шомпольного охотничьего ружья. Далее, другой обломок стального цилиндра, найденный лейтенантом Итцелом, позднее, показал, что искусный мастер обточил его конец точно под диаметр такого капсюля. Я чувствовал, что это — дополнительная улика, так как шомпольные ружья в 1930 году уже были редкостью, даже в деревне. Я больше не думал уже о кроличьем самостреле, который лишь послужил моделью для запального механизма — я думал а том, откуда появился ружейный капсюль. Тот, который был применен в бомбе, был изготовлен из чистой меди. Итцел купил несколько коробок капсюлей разных фирм, и я исследовал металл. Все, кроме одного, были сделаны из латуни и покрыты медью. Только Ремингтон делал капсюли из чистой меди.
Теперь можно было рискнуть. Я сказал лейтенанту Итцелу, чтобы он взял разрешение на обыск — обыскать ферму, где жил Герман Брэди, от чердака до погреба, и найти там — шомпольное ружье или какое-нибудь свидетельство того, что оно там было, и коробочку с капсюлями. Через три часа он вернулся в мою лабораторию.
„Док! — сказал он, — мы нашли шомполку и коробку капсюлей на камине, и они фирмы Ремингтон!“
Я сказал: „Давайте их сюда, и я думаю, что дам вам окончательные улики для осуждения обоих“.
Лейтенант ответил: „Мы взяли ружье, но забыли капсюли. Мы оставили их на камине. Я отослал сыщиков обратно. Но за это время капсюли уже пропали“. Когда прокурор Райэн узнал всю историю, он сказал:
„Я думаю, все равно, надо просить главного судью писать обвинительный акт“.
„Нет еще, — сказал я. — Я хочу сделать запальный механизм в точности как в этой бомбе, с такой же трубкой, пружинами, стальными пробками, капсюлем и всем остальным, и посмотреть, получим ли мы такие же осколки“.
Это был бы настоящий научный эксперимент, и прокурор одобрил его. Я попросил лейтенанта Итцела достать динамит и найти за городом место для опыта. Тем временем я узнал, что пружинка, подобная той, которую мы нашли в бомбе, является одной из деталей механизма дверцы автомашины „Шевроле“. Из куска пружины такого типа, отрезка трубки от валика, купленного в Вашингтоне, и стальных цилиндриков, выточенных в университетской мастерской, я сделал модель механизма, каким я его себе представлял.
На следующий день полицейская машина отвезла нас за город, на склад динамита. За домом начальника была землянка, где хранился динамит и детонаторы. Мы взяли половину шашки динамита, приделали к ней мой запальный механизм, вырыли яму, поставили наш „прибор“ на дне ее, прикрыли тяжелым ящиком, зажгли фитиль, отбежали на безопасное расстояние и подождали взрыва. В земле на дне ямы мы нашли осколки сделанного мной взрывателя. Они были во всем идентичны осколкам настоящей бомбы. Все в точности повторилось, включая сплющенную трубку, спиральные канавки внутри нее и полукруглые обрывки проволоки пружины».
Оба брата были обвинены в убийстве. Сначала Лероя приговорили к смертной казни, но на повторном суде преступление его квалифицировали как убийство второго класса и дали ему 10 лет. Большая часть вещественных доказательств не попала на суд, и он избежал смертного приговора. Герман был обвинен, как соучастник, но его дело прекратили, несмотря на то, что он сопровождал Лероя, когда они относили бомбу, и преступление явно было совершено с целью выпутать его из неприятного положения…