Начальник лагеря, веселый толстяк-капитан, присоединился к нам. Он выпил два литра сорокаградусной водки и не был пьян.
В четыре часа ночи мои гости разошлись. Капитан ушел спать. Бойцы захотели еще посмотреть, что творится в городе.
— Там теперь интересно. Пьяные медички…
В моей комнате поразительно много стенных часов. Каждые пять минут какие-нибудь из них звонят. Должно быть раньше здесь жил любитель-коллекционер. Бойцы нарочно заводят их. Чтобы «не было скучно».
Какой сегодня замечательный день! Весна, цветы, зелень. Яркое нежное солнце. Тепло.
Буду ли я хоть раз в жизни еще счастливым? Выберусь ли я когда-нибудь из этого, и Богом и людьми проклятого, учреждения?
Если б я снова мог теперь выйти на луг у себя в Карпатах и растянуться на теплой весенней траве, без единой мысли, без единого желания! Если б я мог снова быть свободным и не чувствовать возле себя постоянное присутствие смерти!
Нет, таким счастливым как раньше, я уже никогда не буду. Что то переменилось во мне. «Смерш». Убийства и кровь, кровь и убийства. Везде кровь, везде страдания, везде муки, везде смерть!
Смерть шпионам. Смерть Антикоммунистическим партиям. Смерть всему антикоммунистическому человечеству.
2 мая.