К вечеру выяснилось следующее. Жуковцы оказались более хитрые. Они пробрались в помещение через окно и украли труп Геббельса. Сообщили в Главное Управление…
— Молодцы! — восторженно заговорил Шапиро — Это мне нравится. Настоящее социалистическое соревнование.
Я решил, что Шапиро глубоко прав. Социалистическое соревнование наиболее необходимо между смершевцами.
После обеда — отдых. Это единственное время, когда никто не работает. Оно неприкосновенно и в пражских условиях. Я тоже решил отдохнуть.
Не прошло и десяти минут, как непривычный шум заставил меня выйти на двор.
На бетонированном дворе лежал человек. Господи! Ведь это Рафальский! Это он! Нет никаких сомнений. Сколько раз я видел его в Николаевской церкви. Я всегда любовался его благообразностью: белыми волосами, белой бородой, умным и выразительным лицом.
— Умирает — проговорил майор Надворный.
— Ну и чорт с ним — отозвался майор Попов — Одним бело-бандитом меньше.
Я смотрел на залитое кровью лицо на мозги, смешанные с пылью.
Лубянка! Зачем ездить в Москву смотреть на Лубянку? Она здесь. Там люди, бросаются из окон, чтобы покончить жизнь самоубийством.