В лагере нет ни воды, ни света. Сырые помещения, битком набитые военнопленными, грязь, тяжелый запах пота и человеческих испражнений. Не удивительно, что в сутки умирает человек по двадцать.
Лагерное начальство предоставило нам две комнаты.
В лагерях военнопленных приходится работать «вслепую».
Капитан Шапиро с утра проверял офицерский состав и «закидывал агентуру». Черноусов, Кузякин и я присутствовали при этом.
Бойцы с «Ганцем» ходили по лагерю и «проверяли чистоту».
Пока результаты нашей работы равны нулю. Капитан Шапиро надеется на агентуру. Во время обеда он рассказывал, что немцы охотно доносят друг на друга.
— У меня есть известный опыт в работе с военнопленными. Предложить папиросы, пообещать свободу — и из десяти завербованных один сделает свое дело.
Майор Гречин, капитан Шибайлов и группа смершевцев из резервов работают между русскими репатриантами.
Меня пугает чудовищное недоверие смершевцев к своим же гражданам.
Если послушать московское радио-передачи или почитать «Правду» — можно расплакаться над судьбой несчастных людей, переживших немецкую каторгу. Советские журналисты, армейские политотделы, партийцы, агитаторы, писатели — все кричат об этих людях, мучениках, достойных глубокого уважения и сострадания.