— Вы, правда, этого хотите?
— Я все обдумала. И… больше вас не выпущу.
— Значит?
— Хоть сейчас, если вы согласны.
— Без завтрака?
— А ну его!
Ланни завернул за угол и совершил маленькую церемонию собственного изобретения. Он взял обе ее руки в свои и сказал:
— Я буду уступчивым и мягким, я постараюсь понять ваши желания и буду исполнять их. Я хочу быть вам другом, а не только мужем. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы вы не пожалели об этом дне. Ведь вы это хотели слышать от меня?
— Да, дорогой, — отвечала она, и на ее глазах блеснули слезы. — Одно только вы забыли, вы не сказали мне: я люблю вас.
— Правильно. Это упущение. Я люблю вас. — Он поцеловал ее несколько раз, не обращая внимания на зрителей. Он видел, как английские бедняки целовали своих девушек по праздникам на Хэмстед-хис; и если богатые могли смотреть на бедняков, почему бы беднякам не посмотреть на богатых?