Глеб Семёнович был учителем. И очень любил свои уроки. А дети-то как его уроки любили! Обожали просто. Недаром в классе при нём всегда тишина стояла. Как зайдёт Глеб Семёныч в класс – так и тишина. А если даже немножко шумно – Глеб Семёныч как заорёт: «А ну заткнулись все быстро!!!» И сразу тихо. Слышно даже, как муха жужжит. Глеб Семёнович тогда и ей:
– Щас кто-то у меня дожужжится! Щас кто-то у меня завтра с родителями в школу прилетит!
Ну, муха и замолкает в ужасе. Кому охота родителей беспокоить. Ещё наваляют.
И коллеги-педагоги Глеба Семёныча любили. Потому что, когда все начинали баловаться на педсоветах, он сразу кричал:
– А ну успокоились! Как дети малые! Вам что тут, детский садик?
И все с ним сразу соглашались и успокаивались. Потому что – действительно, не детский садик. Школа. И даже Виктор Палыч переставал Петра Сергеича глобусом по голове лупить. И даже Вероника Харитоновна прекращала плеваться жёваной бумагой в Эмилию Борисовну. А физрук Игорь Поликарпыч, который всегда в окно выпрыгивал, назад впрыгивал сразу. С полпути. Даром что третий этаж.
Сам директор Глеба Семёныча любил и всегда говорил при случае разным важным комиссиям:
– Вот это мы видим педагога. Не какого-нибудь. А по призванию.
Побаивался директор Семёныча-то. Не дай Бог что – тот сразу вопит:
– Всё я про Вас, товарищ директор, знаю! Выведу на чистую воду, придёт времечко! Не думайте!