«Большевики — пишет далее Фурнье — сумели организовать кавалерию, но не смогли создать артиллерию. Уже в 1917 г. императорская армия не обладала достаточным количеством квалифицированных офицеров-артиллеристов, необходимых для применения многочисленной материальной части, полученной армией от союзников. После Октябрьской революции им тем более неоткуда было появиться.
Большевистская авиация располагает, по-видимому, 1.350 аппаратами, из которых не более 450 в состоянии летать. Эти аппараты большей частью иностранной марки.
Во время операций авиация играла известную роль в начале наступления Тухачевского, в июле 1920 г. Большевистская авиация доминировала над польской. От 30 до 40 аппаратов парили одновременно в воздухе. Но эта активность была очень непродолжительной, перед наступлением на Варшаву у большевистской армии не оказалось авиации.
Будущая судьба большевистской авиации, как всякого промышленного предприятия, зависит от экономической реорганизации и иностранного содействия. Возможно, что ее развитие пойдет быстро, когда она выйдет из периода современного кризиса.
В настоящее время имеется налицо полная организация командования, многочисленные школы инженеров, пилотов, механиков и дюжина заводов, месячная продукция коих пока ничтожна».
По словам автора, «Красная армия обладает отборной группой офицерства старой империалистической армии. Из ее состава было образовано высшее командование, штабы, преподавательский персонал в училищах. Они проделали значительную работу: получили применение после необходимой переработки старые уставы, издается значительное количество популярных брошюр по военному обучению, журналы, газеты. Программы обучения, отчеты инспекции свидетельствуют о действительной компетенции.
Низший командный состав — отчаянного качества. 44 % командиров выдвинулись на улицах Петрограда и Москвы. Троцкий почтил их названием героев первого часа революции, но никогда не упускал из вида необходимость обучить их.
Созданные еще в 1918 г. курсы красных командиров дали сначала слабые результаты: ученикам не хватало элементарного образования, курсам — преподавателей и необходимого школьного оборудования; но в настоящее время усилия увенчались значительным успехом, обширная сеть училищ поставлена на ноги».
Окончательная оценка Красной армии 1922 года, наших усилий и достижений в деле ее организации за пять лет революции не может, естественно, быть благоприятной под пером представителя наших самых злобных и выдержанных врагов.
«Для мирного времени Красная армия представляет военную силу, численно превосходящую всякую другую европейскую армию. Однако, она остается еще военным организмом низшего качества, как в отношении общей слабости обучения кадров и войск, так и недостаточности по количеству и по качеству материального военного снабжения».