— Садитесь, — бросил не очень любезно Лидсней. — Чем могу служить?.. Только прошу иметь в виду, что у меня очень мало времени.
— Вы спешите?
— Да... я спешу в порт, на теплоход... Он скоро отходит...
Сергиевский сел в кресло возле стола, снял очки, и лицо его сразу изменилось: стало моложе и приветливее.
— Насколько я представляю, господин Лидсней, вы собираетесь через некоторое время быть в Москве. Не так ли?..
— Да... Но какое вам дело? И что, собственно, вам нужно? Вы — американец, англичанин?
Сергиевский отрицательно покачал головой.
— Нет, вы ошибаетесь, я не американец и не англичанин.
— Так объяснитесь же, черт возьми! — почти крикнул Лидсней, продолжая стоять посреди комнаты.
— Сейчас!.. Присядьте, пожалуйста, и вы... Стоя разговаривать неудобно.