- Какое верное чутьё у нечистой совести!- молвила Ульрика.- Но ты не обращай на него внимания,уходи скорее к своим. Возгласи боевой клич саксов, и пусть они запоют свою воинственную песнь. Моя месть послужит им припевом.
Сказав это, она исчезла в боковую дверь, а Реджинальд Фрон де Беф вошёл в комнату. Седрик не без труда принудил себя отвесить гордому барону смиренный поклон, на который тот отвечал небрежным кивком.
- Долго же тебя задержали кающиеся грешники, мой отец! Впрочем, тем лучше для них, потому что это их последняя исповедь. Ты приготовил их к смерти?
- Я нашёл их,- сказал Седрик, кое-как стараясь изъясняться по-французски, - готовыми к самому худшему исходу, так как они знают, кто их хозяин.
- Это что же такое,монах! Твоя речь смахивает на саксонское произношение! - сказал фрон де Беф.
- Я воспитывался в обители святого Витольда,что в Бёртоне,-отвечал Седрик.
- Вот как,- молвил барон. - Было бы лучше, если бы ты был норманном. Но нечего делать- других гонцов нет. Этот Витольдов монастырь в Бёртоне просто совиное гнездо. Давно пора разорить его до основания. Скоро настанет такое время, что ни ряса, ни кольчуга не спасут сакса.
- Да будет воля божия,- проговорил Седрик голосом, дрожавшим от сдержанной ярости, которую Фрон де Беф принял за проявление страха.
- Вижу,- сказал он,- что у тебя душа ушла в пятки и ты уже вообразил себе, что наши воины ворвались в вашу трапезную и хозяйничают в ваших погребах. Но окажи мне сегодня услугу, и, что бы ни случилось с остальной братией, обещаю тебе, что ты сможешь жить так же безопасно, как улитка в раковине.
- Приказывайте, - сказал Седрик, подавляя волнение.