- Эх, милостивый господин, разве я это говорил?- возразил Вамба.- Если человек пускается в дальний путь, его лошади легче будет, когда с неё снимут мешок,а ему самому легче будет спасти свою душу, коли у него отберут то, что есть корень всякого зла. Поэтому я не назову бранным словом людей, которые оказывают подобные услуги.Только мешок свой лучше оставлю дома, да и кошелёк спрячу в сундук, чтобы избавить добрых людей от лишнего труда.
- Однако мы обязаны молиться за них, друг мой, невзирая на то, что ты так отзываешься о них.
- Молиться-то за них я готов от всего сердца,- сказал Вамба,- только лучше в городе, а не здесь. Не то и нам пришлось бы так же туго, как тому аббату, которого они заставили петь обедню, посадив его в дупло дуба вместо кафедры.
- Говори что угодно, Вамба,- сказал рыцарь,- а всё-таки эти иомены сослужили верную службу твоему хозяину Седрику в Торкилстоне.
- Что правда, то правда,- отвечал Вамба, - но и тут они помогли на манер своих расчётов с господом богом.
- Какие же это расчёты, Вамба? Ну-ка расскажи, - попросил его спутник.
- А вот какие,- ответил шут.- С богом они ведут двойной счёт, как, бывало, наш старый эконом называл свои цифры. Такой же расчёт, какой ведёт Исаак со своими должниками: дать поменьше, а за это в кредит получить побольше, вот и они рассчитывают за всякое благое дело получить воздаяние в семикратном размере, согласно священному писанию.
- Поясни примером,Вамба,я не мастер считать и в цифрах ничего не смыслю, - сказал рыцарь.
- Ну, коли вы такой недогадливый,- отвечал Вамба,- так я поясню вашей милости, что эти честные молодцы соблюдают ровный счёт, и на каждое доброе дело у них приходится другое, менее похвальное. Подадут, например, нищему монаху одну серебряную монету, а у жирного аббата стащат сотню золотых… Или окажут помощь бедной вдове, а в лесу расцелуют пригожую девицу…
- Какое же из этих дел доброе, а какое злое?- прервал его рыцарь.