Глаза Ричарда сверкнули негодованием, но лучшие чувства пересилили в нём гнев. Он провёл рукой по лбу и с минуту стоял, глядя в лицо поверженному барону, в чертах которого гордость боролась со стыдом.
- Ты не просишь пощады, Вальдемар?- сказал король.
- Кто попал в лапы льва, тот знает, что это было бы бесполезно, - отвечал Фиц-Урс.
- Так бери её непрошеную,-сказал Ричард,-лев не питается падалью.Дарю тебе жизнь,но с тем условием, что в течение трех дней ты покинешь Англию, поедешь укрыть свой позор в своём нормандском замке и никогда не дерзнёшь упоминать имя Джона Анжуйского в связи с этим вероломным преступлением. Если ты окажешься на английской земле позднее положенного мною срока,то умрёшь, а если малейшим намёком набросишь тень на честь моего дома, клянусь святым Георгием,не уйдёшь от меня и даже в церкви от меня не спасёшься! Я тебя повешу на башне твоего собственного замка на пищу воронам… Локсли, я вижу, что ваши йомены успели уже переловить разбежавшихся коней. Дайте одну лошадь этому рыцарю и отпустите его с миром!
- Если бы я не думал, что слышу голос, которому должен повиноваться беспрекословно, - отвечал йомен, - я бы с охотой послал вслед этому подлецу добрую стрелу, чтобы избавить его от длинного путешествия.
- У тебя английская душа,Локсли,- сказал Чёрный Рыцарь, - и ты чутьём угадал, что обязан мне повиноваться. Я Ричард Английский!
При этих словах, произнесённых с величием, подобающим высокому положению и благородному характеру Ричарда Львиное Сердце, все йомены преклонили колена, почтительно выразили свои верноподданнические чувства и просили прощения в своих провинностях.
- Встаньте, друзья мои,- милостиво сказал Ричард, глядя на них с обычной приветливостью, успевшей потушить пламя внезапного гнева. Выражение его лица, хотя и горевшего ещё от сильного напряжения, уже ничем не напоминало о недавней отчаянной схватке.- Встаньте, друзья мои! Ваши бесчинства как в лесах,так и в чистом поле искупаются верной службой, которую вы сослужили моим несчастным подданным под стенами Торкилстона,а также и тем, что сегодня выручили из беды вашего короля. Встаньте, мои вассалы, и будьте мне впредь добрыми подданными. А ты, храбрый Локсли…
- Не зовите меня более Локсли,государь,и узнайте то имя, которое получило широкую известность и,быть может, достигло даже и вашего царственного слуха… Я Робин Гуд из Шервудского леса.
- Стало быть, король разбойников и глава добрых молодцов?-сказал король. - Кто же не знает твоего имени! Оно прогремело до самой Палестины! Но будь уверен, мой славный разбойник, ни одно дело, совершённое в моё отсутствие и в порождённые им смутные времена, не будет вменено тебе в преступление.