- Не убивай его,сэр рыцарь!-воскликнул гроссмейстер.- Дай ему исповедаться и получить отпущение грехов,не губи и душу и тело. Мы признаём его побеждённым.
Гроссмейстер сам сошёл на ристалище и приказал снять шлем с побеждённого рыцаря. Его глаза были закрыты, и лицо пылало всё тем же багровым румянцем. Пока они с удивлением смотрели на него, глаза его раскрылись, но взор остановился и потускнел. Румянец сошёл с лица и сменился мертвенной бледностью. Не повреждённый копьём своего противника, он умер жертвой собственных необузданных страстей.
- Вот поистине суд божий,- промолвил гроссмейстер, подняв глаза к небу. - Да будет воля твоя!
Глава XLIV
Как сплетня кумушки, рассказ окончен.
Когда общее изумление несколько улеглось, Уилфред Айвенго спросил у гроссмейстера,как верховного судьи настоящего поединка,так ли мужественно и правильно выполнил он свои обязанности, как требовалось уставом состязания.
- Мужественно и правильно,- отвечал гроссмейстер.- Объявляю девицу свободной и неповинной! Оружием, доспехами и телом умершего рыцаря волен распорядиться по своему желанию победитель.
- Я равно не хочу и пользоваться его доспехами и предавать его тело на позор,- сказал рыцарь Айвенго.- Он сражался за веру христианскую. А ныне он пал не от руки человеческой,а по воле божьей. Но пусть его похоронят тихо и скромно, как подобает погибшему за неправое дело. Что касается девушки…
Его прервал конский топот. Всадников было так много и скакали они так быстро, что под ними дрожала земля. На ристалище примчался Чёрный Рыцарь, а за ним - многочисленный отряд конных воинов и несколько рыцарей в полном вооружении.
- Я опоздал,-сказал он, озираясь вокруг,- Буагильбер должен был умереть от моей руки… Айвенго,хорошо ли было с твоей стороны брать на себя такое дело, когда ты сам едва держишься в седле?