- Как! Что ты мелешь!- воскликнули разбойники.- Уж не вздумал ли ты подшутить над нами?
- Я говорю чистую правду,- сказал Гурт.- Это такая же святая правда, как то, что месяц светит на небе. Можете сами проверить: ровно сто цехинов в шёлковом кошельке лежат в этом мешке отдельно от остальных.
- Опомнись, парень,- сказал старший. - Ты говоришь о еврее: да они не расстанутся с золотом, как сухой песок в пустыне- с кружкой воды, которую выльет на него странник. Раздуйте огонь. Я посмотрю, что у него там в мешке. Если этот парень сказал правду, щедрость еврея- поистине такое же чудо, как та вода, которую его предки иссекли из камня в пустыне.
Мигом добыли огня, и разбойник принялся осматривать мешок. Остальные столпились вокруг; даже те двое, что держали Гурта, увлечённые общим примером, перестали обращать внимание на пленника. Гурт воспользовался этим, стряхнул их с себя и мог бы бежать, если бы решился бросить хозяйские деньги на произвол судьбы. Но об этом он и не думал. Выхватив дубину у одного из разбойников, он хватил старшего по голове, как раз когда тот меньше всего ожидал подобного нападения. Ещё немного, и Гурт схватил бы свой мешок. Однако разбойники оказались проворнее и снова овладели как мешком, так и верным оруженосцем.
- Ах ты, мошенник!- сказал старший, вставая.- Ведь ты мог мне голову проломить!Попадись ты в руки другим людям,которые промышляют тем же, чем мы, плохо бы тебе пришлось за такую дерзость! Но ты сейчас узнаешь свою участь. Поговорим сначала о твоём хозяине, а потом уж о тебе; впереди рыцарь, а за ним- его оруженосец, так ведь по рыцарским законам? Стой смирно! Если ты только шелохнёшься, мы тебя успокоим на всю жизнь.Друзья мои,- продолжал он, обращаясь к своей шайке,- кошелёк вышит еврейскими письменами, и я думаю, что этот йомен сказал правду.Хозяин его- странствующий рыцарь и похож на нас самих, пусть пройдёт через наши руки без пошлины: ведь и собаки не грызутся между собой в таких местах, где водится много лисиц и волков.
- Чем же он похож на нас?- спросил один из разбойников.- Желал бы я послушать, как это можно доказать!
- Глупый ты человек!- сказал атаман.- Да разве этот рыцарь не так же беден и обездолен, как мы? Разве он не добывает себе хлеб насущный острым мечом? Не он ли побил Фрон де Бефа и Мальвуазена так,как мы сами побили бы их, если б могли? И не он ли объявил вражду не на жизнь, а насмерть Бриану де Буагильберу, которого нам самим приходится бояться по множеству причин? Так неужели же у нас меньше совести, чем её оказалось у иудея?
- Нет, это было бы стыдно!- проворчал другой.- Однако, когда я был в шайке старого крепыша Ганделина, мы в такие тонкости не входили… А как же быть с этим наглецом?Так и отпустить его не проучивши?
- Попробуй-ка сам проучить его,- отвечал старший.- Эй, слушай!- продолжал он, обращаясь к Гурту. - Коли ты с такой охотой ухватился за дубину, может быть, ты умеешь ею орудовать?
- Про то тебе лучше знать, - сказал Гурт.