— А говорят, среди их женщин есть прехорошенькие, — заметил Гутри. — Впрочем, Каннингему это лучше знать.
— Что? Что ты сказал? — вскипел Каннингем. — Ты хочешь меня оскорбить?
— В моих словах не было ничего оскорбительного, — ответил Гутри.
— Пусть нас рассудят товарищи, — сказал Каннингем. — Послушайте, он посмел намекнуть, что я, шотландский дворянин, верующий в нашу святую церковь, завожу себе подружек среди этих поганых язычниц!
— Полно, полно, это была просто шутка, — вступился Меченый. — Что за счеты между товарищами!
— Пусть в другой раз так глупо не шутит! — проворчал Каннингем себе под нос.
— А водятся ли эти бродяги где-нибудь еще, кроме Франции? — спросил Линдсей.
— Еще бы! В Германии, Испании и Англии они бродят целыми ордами, — ответил Меченый. — Только одна Шотландия, благодарение святому Андрею, еще свободна от них.
— Шотландия слишком холодна для саранчи и слишком бедна для воров, — сказал Каннингем.
— А может быть, и то, что наши горцы не потерпят других воров, кроме своих собственных, — заметил Гутри.