От неба
Им нужно сердце льва, дыханье тигра
И лютость их в придачу.
Наступил вечер. Уже больше двух часов ехали Мортон и Кадди и не встретили никого из своих злосчастных товарищей. Они выехали на заболоченную пустынную местность и приближались к большой, уединенно расположенной ферме, стоявшей в том месте, где начиналась дикая, глухая долина; другого жилья поблизости не было.
— Наши кони, — сказал Мортон, — больше не выдержат, им нужен отдых и корм. Попробуем устроить их здесь.
Говоря это, он направился к дому. Все свидетельствовало о том, что в нем были люди: из трубы валил густой дым, у дверей виднелись свежие следы подков. В доме слышались голоса. Но все окна нижнего этажа были закрыты ставнями, и, когда наши путники постучали в дверь, им никто не ответил. После тщетных просьб впустить их они направились в конюшню или, точнее, сарай с намерением, поставив там лошадей, снова попытаться проникнуть в дом. В сарае они нашли десять — двенадцать лошадей. Измученный вид, рваная сбруя и изрядно потрепанные седла военного образца — все это свидетельствовало о том, что владельцы их — так же спасшиеся бегством повстанцы, как и вновь прибывшие.
— Эта встреча к добру, — сказал Кадди, — у них куча мяса, дело ясное, потому что вот свежая шкура, что была на быке с полчаса назад, она еще теплая.
Ободренные всем этим, они вернулись к дому и, объяснив, что они такие же ковенантеры, как и те, кто заперся внутри, стали требовать, чтобы им отворили дверь.
— Кто бы вы ни были, — послышался наконец из окна после упорного молчания чей-то грубый, брюзгливый голос, — не мешайте тем, кто скорбит об опустошении и пленении их отчизны, кто занят исследованием причин гнева Господня и вероотступничества, дабы убрать с пути нашего камни преткновения, о которые мы споткнулись.
— Это дикие виги с запада, — прошептал на ухо Мортону Кадди, — узнаю их язык. Дьявол меня возьми, если я хочу встретиться с ними.
Однако Мортон продолжал настойчиво требовать, чтобы им отворили, и, так как его уговоры не действовали, он открыл одно из окон и, толкнув легко подавшиеся створки ставен, перешагнул через него в просторную кухню, откуда раздавался услышанный им голос.
За ним последовал Кадди, пробурчавший сквозь зубы, когда просовывал в окно голову, что здесь, по крайней мере, нет, кажется, на огне горячей похлебки. Господин и слуга оказались в обществе десятка вооруженных людей, сидевших возле огня, на котором готовился ужин, и погруженных, видимо, в благочестивые размышления.