- Как же это ты на старости лет задумал жениться? - спросила его хозяйка.
- Что ж ты станешь делать? Сам знаю, года мои не молоденькие, а никак нельзя.
- Ты вдовый, что ли?
- Вдовый, матушка, вдовый. Одних ребят у меня восемь душ, сам девятый.
- Так это ты для робят?
- Сказывают так, что для робят, а по мне хошь бы и не жениться; потому как я домом никогда не живал, мастерства никакого, окромя лаптей, не знаю; да вот на той неделе призывает меня помощник. "Беспременно тебя, говорит, надо женить и водворить". Я было просить его зачал: нельзя ли, мол, ваше благородие, как-никак ослобонить? "Ну, нет: я говорит, не могу; как мир". Кликнули на сходку. Сейчас говорит мне старшина: "Дается, говорит, Киндюшка, тебе земля, колько-то там земли; ну и жениться тебе, говорит, надо: потому, говорит, что тебе так болтаться?" Я и у стариков-то отпрашиваться стал; нету, загалдили, загалдили - женить! Ну, делать нечего. С миром-то нешто сговоришь?
- Так, так, - подтвердила хозяйка. - Посто-кось, я тебе кашицы положу в чашечку.
- Спасибо, родная. А мне что земля? Я к ней и приступиться-то не знаю как. Опять земля у нас какая? Вот это сейчас камень, а это - болото. Земля! В этой земле только лягушкам водиться, да вот еще цапли. Цаплев у нас много. Она воду любит.
- Это кто воду любит? - спросил кто-то с полатей.
- Да цапля.