- Нездешний.
- Чем торгуете?
- Я ничем не торгую.
- Прошу покорно садиться.
Я сел. Писец принялся перелистывать бумаги и подправлять буквы, сделав при этом чрезвычайно озабоченный вид. Но по лицу его сейчас же можно было заметить, что его мучит любопытство. И действительно он не выдержал, взялся чинить перо и, рассматривая его на свет, спросил меня равнодушным тоном:
- Вы по каким же, собственно, делам?
Я объяснил, что вот так и так, от К[озочки]на записку принес.
- Мм.
В это время вернулся сердитый старик.
- Отнес записку? - спросил его писец.