Иван Иваныч между тем опять уж успел рассердить Ивана Матвеича, так что он стал плеваться и ушел от него в кухню.
Начался ужин. Дамы взяли тарелки и уселись в гостиной, а мы остались в зале, одни мужчины. Во время ужина, впрочем, не случилось ничего особенного; только подразнили немного Ивана Матвеича, напомнив ему о каком-то шесте. Хозяин все хлопотал, потчевал и давал сыну подзатыльники, чтобы он скорее ходил.
- И чудак этот у нас Иван Матвеич, - говорил мне смеясь Иван Иваныч. - Что только с ним делают! Вы спросите его: как ему сажи в рукавицы насыпали, поглядите, как разозлится.
Но я не решился спрашивать его об этом, тем более что старик вдруг захмелел и начал ругаться.
- Что ж, еще рюмочку? - спросил меня хозяин.
- Нет-с, благодарю.
- Да вы так, мышионально.
- Не могу.
- Ну, принуждать не смею.
- Давай я выпью. Принужу себя и выпью, - покачиваясь и махая руками, говорил Иван Матвеич; потянулся к рюмке и разлил вино.