- Да ты пойми! - говорил регент своей жене, стараясь растолковать ей необходимость послать за водкой.
- Нечего понимать. Я знаю, ты рад со всяким пьянствовать. Что ты из меня дурочку-то строишь?
- Тише! Да где же я строю? Ты пойми, что моя репутация от этого может пострадать.
- От водки-то? Как не пострадать. Ступай, ступай!
- Ну, Машенька; ну будь же рассудительна!..
В то же время в зале дьячок покровительственным тоном и отчасти в нос говорил певчим, ни к кому в особенности не обращаясь:
- А что, погляжу я, нынче куды как стали петь мудрено. Иной раз этто слушаешь, слушаешь: что ж это, мол, господи! Неужели ж это церковное пение? оказия!
Певчие внимательно молчали.
- Ну, как же тепериче у вас этот партец 4... - начал дьячок.
- Что это вы, Василь Иваныч, изволите объяснять? - перебил его вошедший регент.