- Послушайте, неужели он этого ничего не знает?
- Как не знать.
- Так почему же он мне этого никогда не рассказывал?
- Не знаю.
- Я ему этого никогда, никогда не прощу, - говорила она, и глаза ее гневно метались кругом.
Домашнее хозяйство шло своим порядком: она им почти не занималась. Щетинин этих прогулок как будто и не замечал; один раз только он спросил жену:
- А что же твоя школа?
- Да я ее отложила до осени, - отвечала Марья Николавна.
- Теперь лето, кто же будет заниматься? - жарко.
Щетинин посмотрел ей в глаза, но ничего не сказал и начал петь. Она заговорила о другом.