- Ну, так вот после ее смерти я приехал сюда и женился. Женщина эта... Да, впрочем, сам увидишь, какая это женщина. Я тебе одно только могу сказать, что, если бы не она, я, кажется, году бы не вынес той каторжной жизни, которую я вел здесь вначале, когда, знаешь, все это еще внове было, ни к чему приступиться не умеешь; а тут волнуется это все кругом, ничего слушать не хотят: ты им и то и другое, - ничего! Потом совсем было уж дело сладилось, уставную грамоту писать, - вдруг - нет! Не хотим; подождем, чтo еще будет.
- Ну, да; это более или менее известная история, - заметил гость. - Как же ты с своими-то кончил?
- Как кончил? - Подарил.
- Всё?
- Всю землю, которой они владели.
- Что и требовалось доказать?
- Нет; доказать-то требовалось не это. Оно вышло-то совсем не то, чего я хотел.
- Что ж, ты не хотел дарить? Тебя принудили, что ли?
- Да нет же! Я ехал сюда с тем, чтобы отдать им все даром, и как приехал, сейчас же предложил им.
- Ну, и что же? - не берут?