- Послушайте, кого это там в волостной сегодня наказывали, Вы не знаете?
- Не знаю-с.
- Как это глупо, однако, - продолжал Щетинин. - Черт знает что такое! Хоть бы вы им сказали, зачем они это делают. Неужели так уж другого места нет, непременно на улице.
- Это что, - смеясь, ответил Иван Степаныч. - Я у исправника жил, у Петра Иваныча, так вот пороли-то мы их, - страсть! Уж можно сказать, что пороли. Бывало, выйдет на крыльцо, трубку закурит...
- Ну, да; знаю, знаю, - перебил его Щетинин.
- Чего-с?
- Слышал. Так вы возьмите ружье-то, оно там, у Агафьи в кладовой... Да тише только, пожалуйста, - Марья Николавна почивает.
Иван Степаныч с ружьем зашел к Рязанову в комнату и застал его за писаньем.
- Что это вы, сочиняете?
- Да, сочиняю.