То вспомни, вспомни про меня…
Песня была любовная, мартовская, и в ней с особенным выражением выпевалось:
Когда завидишь берег Дона,
Останови своих коней —
Я жду прощального поклона
И трепетной слезы твоей…
Подпевая товарищам, Коробицын путался в словах, потому что ему думалось о Зине.
«И все-то у нее мило! — думалось ему. — И все-то у нее мило!»
Стихла песня, и чей-то голос выкрикнул:
— Буденновскую!