Сел Шурьенка и заплакал.
Подоспела Атальенка с обедом:
- Ну, Шурьенка, клянешься в третий раз, что не оставишь меня ни в горе, ни в радости? - спрашивает она.
- Клянусь, все тебе обещаю, только спаси меня! - отвечает Шурьенка.
- Ну, смотри, не забудь, что мне сейчас обещал! - говорит Атальенка и подает ему обед.
Пока он ел, Атальенка всех мух превратила в муку и говорит Шурьенке:
- На этот раз тебе от старухи не спастись. Она всё знает и надумала тебя в печи изжарить и съесть. Но если ты останешься мне верен и возьмешь меня с собой, я тебе помогу из беды выпутаться. Вечером бабка тебя спать пошлет, как ни в чем не бывало, а я начну посуду мыть. Как звякну тарелками в первый раз, ты просыпайся, как звякну во второй - вставай, а в третий - прыгай в окно, а я за тобой, вместе убежим.
Сказала Атальенка и ушла, а Шурьенка вечером принес муку и, дрожа от страха, как осиновый лист, отдал ее старухе. Та опять давай браниться да кричать, что Атальенка с Шурьенкой спелись. Потом вдруг притихла, накормила его ужином и послала спать. А старику тем временем печь велела топить. Когда вытопит, чтоб старуху будил.
Но Атальенка напоила его хмельным вином, свалился дед у печи на лавку и уснул мертвым сном, не заметил даже, как кочерга сгорела.
Атальенка тарелки моет. Раз звякнула, два звякнула, как в третий раз звякнула, Шурьенка-то из постели в окошко и выскочил. Атальенка во все углы плюнула, ведьмины сапоги схватила и вслед за Шурьенкой кинулась.