— Назад бы пошла, — сказал Чарли. — А в гору сейчас не влезет.
— Кончится дождь, полезет и в гору, — пробурчал Джек. — Туши фонари. Чарли, мы полежим немного под брезентом. Ведь не так давно ночевали и просто на дворе. Думаю, что ночью нас никто не тронет.
Чарли потушил фонари, приставил к сиденью свой чемодан и накрыл его одеялом. Джек снял куртку, и они легли, как в былые дни в Америке. Только прежних разговоров не было: о чем они могли мечтать теперь?
Оба волновались, но Чарли заснул раньше Джека. Американец верил своему другу; ему казалось, что Джек прав и все уладится. А вот Яшка теперь совсем запутался, он ничего не понимал. Он лежал и думал: в чем дело, почему все отвернулись от него? И не мог найти ответа на свой вопрос. В прежнее время Джек обдумывал трудные положении всегда по утрам.
Он и теперь был готов сделать так, но ничего не получилось. Мысли не давали ему покоя, гнали сон прочь. Правда, он задремал в конце концов, но на одну секунду: вдруг ему показалось, что автомобиль горит.
Джек вскочил. Чарли тоже поднялся, и ему показалось, что огонь проник под брезент. Это был электрический фонарик Егора Летнего. Первые же вопросы писателя убедили приятелей в том, что опасности никакой нет.
Через минуту мокрый и перепачканный Летний влез в машину.
— Ну, кто из вас здесь председатель коммуны? — спросил он дружески.
— Бывший председатель, — поправил Джек. — Это я.
— Тебе, брат, поклонище из Москвы.