Было несколько предложений. Маршев высказался даже за то, что надо подарить Кольцову теленка. Но пока спорили, сам Кольцов пришел в усадьбу посмотреть, как горят лампочки. Узнав, о чем идет речь на правлении, он заявил, что ему ничего не нужно и он будет благодарен, если коммуна позволит ему приезжать временами на два-три дня. Через несколько дней состоялось торжественное открытие электрической станции. Собралось больше пятисот крестьян из окрестных деревень, была экскурсия на плотину.
Ребята купались в новом озере. Потом все пришли на двор коммуны, освещенный электричеством. Здесь составили большой хор и долго пели.
На открытии станции, между другими гостями, присутствовал корреспондент городской газеты. Он сделал снимки с митинга на плотине, со столбов в поле, заснял даже силосную башню и около нее Бутылкина.
Корреспондент обещал написать о «Новой Америке» большую статью в газете. Ведь станция в коммуне была первой колхозной электростанцией во всем крае.
«Новой Америкой» заинтересовываются
Постройка электростанции отняла у коммунаров много сил. Даже теперь, когда динамо работала, нельзя было прекращать работ на плотине. Ее укрепляли, обкладывали дерном и камнями, иначе первый же большой дождь мог наделать много бед.
Но нельзя было запускать и хозяйство до бесконечности. Пока прудили Миножку, двор успел зарасти крапивой, в огороде и на полях выросли сорняки и глушили посевы. А главное — подошел покос. Пришлось сократить работы на плотине и перебросить работников на луга. К счастью, в городе удалось достать одну сенокосилку, и она очень помогла коммуне. Но много пришлось косить и вручную. Луговая бригада под начальством Дмитрия Чурасова, жила на покосе целую неделю. Сено удалось убрать хорошо. Дождей не было, и трава высохла на славу.
К тему времени, когда убрали сено, зацвели подсолнухи, отцвели и дошли до восковой спелости. Чарли как-то прошелся по полю, вернулся и сказал Джеку, что если пускать подсолнухи на силос, то пора уж их рубить. Собрали правление, и тут начался спор. Капралов и Дмитрий Чурасов доказывали, что коммуна обойдется и без силоса в этом году: много сена накосили. Джек, наоборот, утверждал, что нечего жалеть подсолнухов, коровы заплатят за них молоком, часть, сена продать можно. Николка колебался, не знал, на чью сторону стать. Так вопрос решен и не был.
На другой день после заседания Джек с несколькими коммунарками пошел на подсолнухи, чтобы наладить прополку. Разъяснил, как работу вести, и собрался уже домой, как вдруг увидел на дороге двух незнакомых людей. Один был с брюшком, в белом пиджаке и шляпе, другой в непромокаемом плаще и высоких сапогах.
Незнакомцы подошли к Джеку и заговорили с ним: