Клавдия Петровна неодобрительно качала головой, а девочки сияли.
Внизу, в раздевалке, поднялся шум.
— Почему у третьего «А» короткие платья? Нам тоже такие!
— Да мы сами подшили. Хотите, вам две иголки дадим?
После прогулки девочки из других классов тоже занялись переделкой, и к ужину все щеголяли в коротеньких платьях. Только Зоя тоскливо бродила в длинном, мешковатом платье, бесцельно царапала ногтем побеленные стены и вздрагивала от звонкого смеха.
Завтра приедут ко всем папы и мамы. Только Зое некого ждать. Все суетятся, бегают. Тонечкина рыжая головка мелькает то в зале, то в пионерке, то в дежурке. На стены приколачивают свежие кумачевые лозунги. Из оранжереи принесли цветы. Тонечка сама повесила портрет товарища Сталина, ей помогали ребята. В зале рядами расставили стулья.
Вечером, после звонка на сон, в спальнях долго не могли утихомириться:
— Я увижу мамочку.
— Я и папу и маму, а может, и бабушка приедет.
— А ко мне только мама приедет: папа в командировке.