Бригады специалистов, состоявшие из виднейших ученых различных отраслей науки, приняли на себя специальные части сборки. Члены каждой бригады отдали разработке бомбы месяцы и даже годы совместного целеустремленного труда.
В субботу 14 июля механизм, который должен был определить успех или провал всего проекта, был поднят на верхушку стальной башни. Два дня продолжалась подготовительная работа. Помимо аппарата для получения детонации, башня была оснащена полным комплектом приборов для определения биения пульса всех реакций бомбы.
Неблагоприятная погода, упорно державшаяся во время сборки, очень беспокоила собравшихся экспертов, работа которых шла под вспышки молнии и раскаты грома. Погода, необычная и угнетающая, исключала наблюдение испытания с воздуха. Она даже задержала на полтора часа взрыв, намеченный на 4 часа утра. Еще за много месяцев был установлен приблизительно день и час испытания. Это был один из величайших секретов наилучше сохраненной тайны всей войны,
Ближайший пункт наблюдения помещался в 10 000 ярдах к югу от башни, где в убежище из строевого леса и земли были расположены приборы управления. В 17 000 ярдах от башни в том пункте, где наблюдать было лучше всего, заняли свои посты руководящие лица проекта атомной бомбы. В их число входили: генерал Гроувз, д-р Ванневар Буш, глава Управления научно-исследовательских работ, и д-р Джемс Б. Конант, президент Гарвардского университета.
Собственно детонация была поручена д-ру К. Т. Бейнбрнджу из Массачузетского технологического института. Он и лейтенант Буш, командовавший отрядом военной полиции, должны были последними произвести осмотр башни с космической бомбой.
В три часа утра участники испытания отправились на контрольную станцию. Генерал Гроувз и д-р Оппенгеймер посоветовались с синоптиками. Было принято решение приступить к испытанию, несмотря на отсутствие уверенности в том, что погода будет благоприятной. Взрыв был назначен на 5 ч. 30 м. утра.
Генерал Гроувз вместе с д-ром Конантом и д-ром Бушем непосредственно перед моментом испытания присоединились к ученым, собравшимся в лагере базы. Всем присутствующим было приказано лечь на землю, лицом вниз, головой в сторону, противоположную башне.
Когда приблизился критический момент, напряжение в контрольном помещении достигло колоссальных размеров. Наблюдательные пункты на территории были связаны с контрольным помещением посредством радио, и за двадцать минут до начала испытания д-р С. К. Алисон из Чикагского университета стал у микрофона и начал периодически объявлять время.
Сигналы времени: «осталось 20 минут, осталось пятнадцать минут» и т. д. и т. д., увеличивали напряжение до наивысшего предела: все находившиеся в контрольном помещении, включая д-ра Оппенгеймера и генерала Фаррелла, затаили дыхание и молились со всей напряженностью момента, который навсегда сохранится в их памяти. При сигнале «осталось 45 секунд» было включено автоматическое устройство, и с этого времени все части сложнейшего механизма действовали без контроля человека, и только у запасного выключателя был поставлен научный работник, готовый сделать попытку остановить взрыв, если будет дан приказ. Приказ отдан не был.
В назначенный момент ослепительная вспышка осветила все пространство ярче, чем самый яркий дневной свет. Отчетливым рельефом выделился горный хребет, находившийся в трех милях от места наблюдения. Затем раздался страшный раскатистый грохот, и прошла мощная воздушная волна, свалившая с ног двух человек, находившихся около контрольного помещения. Непосредственно после этого огромное, многоцветное клубящееся облако взлетело на высоту более 40 000 футов. Облачность на его пути исчезла. Вскоре субстратосферные ветры рассеяли ставшую теперь серой массу.