На эти вопли в каюту вбежали его слуги, которых он приветствовал так:
— Негодяи! Головорезы! Изменники! Меня предали! Меня обрекли на жертву! Почему вы не уведете это чудовище? Или я должен задохнуться от вони, исходящей от него? Ох, ох!
Испуская эти возгласы, он в беспамятстве опустился на свое ложе; камердинер поднес флакон с нюхательной солью, один лакей растирал ему виски венгерской водой, другой опрыскивал пол лавандовыми духами, третий вытолкал из каюты Моргана, каковой, придя ко мне, уселся с хмурой физиономией и, по своему обыкновению, когда ему наносили оскорбление, за которое он не мог отомстить, начал напевать валлийскую песенку. Я догадался, что он находится в смятении, и пожелал узнать причину, но, не давая прямого ответа, он с большим волнением спросил, считаю ли я его чудовищем и вонючкой.
— Чудовищем и вонючкой! — с удивлением повторил я. — Разве кто-нибудь назвал вас так?
— Погом клянусь, капитан Фифл назвал меня и так и этак… Все воды Тэви{57} не смоют этого с моей памяти! Я и говорю, и утверждаю, и ручаюсь душой, телом и бровью — заметьте это! — что не распространяю никаких запахов, кроме тех, которые надлежит иметь христианину, если не считать запаха тапака, каковой есть трава, прочищающая голову, плагоуханная и ароматическая, а если кто говорит иное, так он — сын горного козла! Что до того, пудто я чудовище, то пусть так оно и пудет! Я таков, каким погу угодно пыло меня создать, чего, пожалуй, не скажу про того, кто дал мне эту кличку, потому что своими причудами и ужимками он изменил свое опличье, переделал и преопразил сепя и польше похож на опезьяну, чем на человека!
Глава XXXV
Капитан Уифл посылает за мной — Описание его состояния — Прибывает его лекарь, прописывает ему лекарство и укладывает в постель — Мистера Симпера помещают в каюте, рядом с капитанской, каковое обстоятельство, равно как и другие распоряжения капитана, порождают у судового экипажа весьма неблагоприятное мнение о командире — По приказу адмирала, я оставлен в Вест- Индии и назначен помощником лекаря на корвет «Ящерица», где возобновляю знакомство с лекарем, который обходится со мной весьма любезно — Я схожу на берег, продаю увольнительный билет, покупаю необходимые вещи и, по возвращении на корабль, с удивлением вижу Крэмпли, который назначен лейтенантом корвета — Мы отправляемся в плаванье — Захватываем приз, на котором я прибываю в порт Моран, находясь под начальством моего бывшего сотрапезника, с коим живу в добром согласии
Он все еще воспевал хвалу капитану, когда я получил распоряжение почиститься и явиться в капитанскую каюту, что я и не замедлил исполнить, надушившись розовой водой из аптекарского шкафчика. Когда я вошел в каюту, мне было приказано стоять у двери, пока капитан Уифл будет разглядывать меня издали в подзорную трубу. Удовлетворив таким манером один свой орган чувств, он приказал мне приближаться медленно, дабы его нос мог привыкать постепенно, прежде чем претерпит сильное раздражение. Посему я подошел к нему с величайшей осторожностью и столь успешно, что ему угодно было заметить:
— Гм… это создание можно выносить.
Он лежал, развалившись с томным видом на кушетке, а голову поддерживал ему камердинер, время от времени подносивший к его носу флакон с нюхательной солью.