Зато восклицала madame Бадан: «Charmant! Charmant!» и после каждого её шармана княгиня недовольно поводила пухлой шеей, словно отгоняла надоедливую муху.

А в первом часу княгиня, протягивая новому пришельцу царственным жестом обе руки, прощаясь с ним, воскликнула:

— Вы очаровательны!

И уходя, оборачиваясь, многообещающе кивала ему головой; браслеты звенели и пели о возможном блаженстве.

На следующий день, за утренним кофе, княгиня изволила спросить, обращаясь ко всем столикам:

— А где наш чудесный гость?

И все столики подтвердили:

— Чудесный!

И все столики расцвели, когда в утреннем, простом, но изящном сером костюме снова вырос на пороге дорогой и желанный гость.

И ручкой помахал ему господин советник и в кислой улыбке показал ему свои жёлтые и плоские зубы Herr August Rissler, вставший с нестерпимой головной болью в томительном ожидании целительного заказного письма из Берлина.