и, наконец, всплеснув руками, разражался отчаянным воплем:
И за собой влекут все ужасы геенны!
Но Плавильщиков играл эту сцену иначе: с страшным восклицанием «Храм Эвменид!» вскакивал он с места и несколько секунд стоял, как ошеломленный, содрогаясь всем телом. Затем мало-помалу приходил в себя, устремлял глаза на один пункт и, действуя руками, как бы отталкивая от себя фурий, продолжал дрожащим голосом и с расстановками:
… Увы!.. я вижу их… они
Стремятся в ярости… с отмщением ко мне:
глухо и прерывисто:
В руках — змеи шипят… их очи раскаленны,
усиленно:
И за собой влекут…
в крайнем изнеможении: