начинал он торжественно и тихо. Потом голос его креп и в полутьме кабинета лилась эта чарующая мелодия мочаловского голоса.
Твой одр одинокий в чужой стороне
Родимые руки постлали.
Еще не свершен был обряд роковой
И час наступил разлученья.
И с валу ударил перун вестовой
И нам он не вестник сраженья.
Прости же, товарищ! Здесь нет ничего
На память могилы кровавой,
И мы оставляем тебя одного