Страданья все утешить я могу:
Я вас любил, как не любил никто…
Отныне я у вас навеки отнят,
Вы без меня свой доживете век".
Так все втроем, друг к другу прижимаясь,
Рыдали. А когда примолкли стоны
1670 И перестал звучать их горький вопль,
Настала тишина. И некий голос
Позвал его, и волосы у всех
Зашевелились, все стояли в страхе.