И тишины как не существовало,
Лишь грохот этих бомб стоял в ушах.
Впервые взят тоской такой тяжелой,
Я шел домой и что-то мял в руке,
А это был мой самый лучший голубь,
Что дальше всех парил на ветерке.
Казалось: день все так же тих и светел,
Дрожит листва, как воздух от жары.
Но я как будто в первый раз заметил
Зенитку у Максимкиной горы.